Не проехать мимо Малой Вишеры. История выпускника «Нового учителя» Даниила Винокурова

Записала Арина Плюснина

Последний и единственный раз мы виделись с Даниилом Винокуровым в Малой Вишере — городе в Новгородской области. Я была на его уроке с пятиклассниками о быте египтян, вечером мы играли в настолки с детьми, а потом допоздна говорили в шаурмечной. Спустя четыре года я предложила Даниилу встретиться.

Он включает камеру находясь в кабинете школы Мая на Петроградке — это частная семейная школа, где Даниил начал работать сразу после выпуска из программы. Признаётся, что факт участия в проекте «Нового учителя» стал зелёным флагом для директора, когда принимали на работу. Уточняет, что окончить программу — это как знак качества. В школе Мая работает с десяток выпускников фонда.

Как и в программе «Нового учителя», Даниил ведёт уроки истории и обществознания, а ещё навыковый курс по созданию настольных игр. Первую настольную ролевую игру Даниил сделал вместе с учеником Ильёй ещё в Малой Вишере. Теперь в ней играют на Петроградке. Игра основана на мифах и легендах Новгородчины: поле — система местных болот, на которых живёт снежный человек Авдошка. Иногда Даниил встречает своих учеников из Малой Вишеры в Петербурге: то кто-то из 9Б класса пройдёт мимо в метро, то на остановке встретят ученики и ученицы, которые поступили в колледж. Так Малая Вишера проникает в жизнь Даниила после программы — призраками Новгородчины и учениками, лица которых возникают в толпе.

— В литературе есть писательский приём — роман в романе. Мои два года в Малой Вишере были такой же дополнительной аркой персонажа. Я до сих пор слежу за новостями города, местной группой «Подслушано». Щипает меня, конечно. Это трогательно, сентиментально. Глубокое такое чувство. Эти два года — это были мои два года, и теперь город остался огромным контейнером эмоций. Я когда выезжаю из Петербурга куда-то на поезде или электричке, то всегда проезжаю Малую Вишеру. Всегда проезжаю мимо.

Есть жанр ролевых игр, когда цель героя не выиграть, а пережить наиболее яркие драматические моменты. Он специально создаёт себе сложности, чтобы пересобраться, сделать себя заново. Мои два года в Малой Вишере — это опыт неудачи, лузерства, когда я много раз садился в лужу. Но мне это было нужно, чтобы вырасти как человеку.

— Я до программы и после — существенно разные люди. В Малой Вишере я прошёл свой Путь Героя. Там я был активным наблюдателем: наблюдал за природой, соседями, городом. Я был антропологом в поле, погрузился в монотонную жизнь города, где ничего не меняется. И всё-таки жизнь тогда отличалась от той, что сейчас, была куда более насыщенной. Сейчас я живу более размеренно. Детей из Малой Вишеры я вижу на школьных фотографиях. Иногда кто-то из учеников напишет: «Я сделал паблик про историю Малой Вишеры, подписывайтесь!». А это был наш с ним проект в школе. Тогда я радуюсь. Хочется, конечно, с ними увидеться. Я собираюсь поехать в Малую Вишеру в гости. Зайду в библиотеку, в музей, школу. Хочется увидеть детей и учителей. Были те, с кем мы расстались плохо, были и те, с кем очень хорошо.
— Почему плохо?
— За три дня до увольнения я пришёл в школу, чтобы убрать кабинет, он был украшен нашими с детьми артефактами. В кабинете кто-то из коллег показательно сделал «уборку»: сорвал все детские рисунки со стены, детский коллаж «любовь — это чудо» скомкал и выбросил в мусорку. Кабинет к моему отъезду был стерильно чист — не моими стараниями. Но я всё равно знаю, к кому поеду в Малую Вишеру: к Илье Репину, с которым придумали настольную игру, к Даниелю Солдатову, к Николь, которую я готовил к выступлению на «Мысли вслух», Андрею Юдину. Мой пятый класс хочется увидеть, как они выросли.

В Малой Вишере Даниил снимал дом «по наследству» от других участников проекта. Шутит, что на доме надо повесить табличку «здесь были в депрессии…» и продолжить именами учителей, которые тут жили. На второй год у Даниила вскрыли и обокрали дом, а зимой, в крещенские морозы перемёрз водопровод — и 3 месяца не было воды. Параллельно с этим школа переезжала из здания в здание, возникли проблемы со здоровьем. Мы говорим с Даниилом о том, что он чувствовал тогда, о чём думал.

— Я тогда упал в сильную депрессию, мрачное и сумрачное состояние. Меня спасало любопытство к людям и городу. С детьми мы ходили в архив, музей, библиотеку. Я показывал им, что можно быть другим человеком, не тем, который живёт по выверенному плану жизни.

— В людях меня поразило, что они по умолчанию настроены негативно. Зайдите в комментарии группы «Подслушано в Малой Вишере». Под постом о проекте реставрации местного потрясающе красивого депо комментарии, что всё плохо, некрасиво, безнадёжно. И с одной стороны, люди критично настроены ко всему, а с другой — суперадаптивны. Учителя в школе берут по 70 часов нагрузки при норме в 18. Всё это на фоне скромного заработка и домов, которые поддерживаются своими силами и по мере возможностей. Но все крутятся и выживают. Всюду жизнь несмотря ни на что, у людей есть радости. В этой дихотомии я многое узнал про себя, но главное — понял, что я учитель. Что могу выдерживать нечеловеческие нагрузки, которых требует профессия. И что я получаю удовольствие от работы в школе. Послевкусие Малой Вишеры длилось весь прошлый год, я оттаивал. Сейчас я понимаю, что тогда прошёл обжиг, как глина в печке. Это была инициация во взрослую жизнь, и теперь я чуть покрепче.

К 10-летию «Нового учителя» мы говорим с учителями и учениками, как знакомство друг с другом изменило жизнь. Значимость программ «Нового учителя» именно в этих историях — непридуманных, настоящих и невероятных. Поддержите нас!